Художник и Поэт: творчество Лилии Ивановны и Юрия Михайловича Ключниковых
Безмолвие и лики Печать E-mail
Индекс материала
Безмолвие и лики
Страница 2
Все страницы

Откуда приходят любимые лики?
- Из тишины ночей, из нежных и страстных касаний мужчины, из мучительного и блаженного таинства рождения ребёнка, - скажет любая мать.
А как возникают Святые Лики?
- Тоже в блаженном безмолвии, после долгих и страстных поисков Истины, почти всегда сопровождаемых страданиями, - ответит подвижник.
Бог есть любовь гласит Евангелие. Но в первом случае она рождается из страданий плоти, во втором – духа.
Можно ли увидеть Лик Бога?
Евангелист говорит: «Бога никто никогда не видел». А Иисус Христос сказал: « Видевший Маня видел Отца Моего. Я и Отец – одно» Противоречие? Но из этого противоречия родилось семисловие: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас», которым пользовались в своей молитвенной практике монахи-исихасты в течение многих веков. Иные из них удостаивались Божественных видений и касаний.


Эта статья о безмолвии и умном делании, растворяющих личное начало в человеке. На первый взгляд она тематически никак не связана с предыдущими статьями книги, каждая из которых посвящена какой-то выдающейся личности в русской культуре. Однако русская культура в своей сакральной основе связана с духовной молитвенной работой, безмолвно творимой в глубине человеческого сердца. Еще Иван Ильин, сказал, что высшее, чем обладает Россия- это молитвенники-старцы и Пушкин и тем самым показал внутреннее единство наших светской, художественной и духовной, религиозной культуры. Молитвенный подвиг русских святых, старцев, занимающихся умным деланием зажег огонь, около которого грелись лучшие люди России, черпавшие силы и вдохновение именно из этого незримого источника. А за огнем исихазма стоит Лик Спасителя, в безмолвии совершающего молитву о преображении России. Я решился рассказать о своем личном опыте соприкосновения с этим Ликом через молитву и умное делание. Я не монах, а поэт, но более тридцати лет отдал Иисусовой молитве. Ей обязан всем, чего добился в жизни, она спасала меня на многих крутых жизненных виражах. И тоже ощущал на себе блаженные Касания. Как не поделиться этим опытом!

Вспышка света

Сразу оговорюсь, что к этой статье не следует относиться, как к тексту строгого церковного послушника, практикующему молитву в затворе под неусыпным присмотром опытного старца. Жизнь моя сложилась так, что подобными возможностями я не располагал, но зато была острая потребность в помощи Бога. Поэтому человеку с ортодоксальным мировоззрением мой подход к Иисусовой молитве может показаться слишком вольным, не учитывающим обязательные для христианина условия духовного послушания – регулярные посещения церкви, исповедь, участие в таинствах, причастие... Также может показаться, что я выдёргиваю Иисусову молитву - один из самых сложных элементов христианской религии - из целостной системы духовной жизни православного человека и пытаюсь искусственно вписать в контекст религий Востока. Это не так. Несмотря на широту религиозного взгляда и разнообразие моего мистического опыта, я всегда отдавал предпочтение русскому исихазму. И теперь пытаюсь встроить его вместе со всеми многообразными проявлениями православия, церковного и светского, в свою жизнь. Чем дальше, тем эта работа становится интенсивней.

Полагаю, что дальнейшая моя жизнь будет ещё тесней смыкаться с тем направлением, которое задали России её духовные отцы.
Цель этой публикации – ещё раз обратить внимание на огромный потенциал, заложенный в Иисусовой молитве, которая помогала в кризисные моменты жизни даже такому «упёртому» человеку, как я. Не мне судить, насколько близко я подошёл к Богу, но то, что молитва помогла мне выдержать тяжёлые испытания жизни и не сломаться – это факт.

Так случилось, что первый опыт исихии (религиозного безмолвия, буквально, тишины (греч.), я пережил, ничего не зная об Иисусовой молитве и о том, как практикуют её православные старцы. Это было подобно вспышке света.

А случилась она в Москве в 1964 году, где я в ту пору учился. Вопросы смысла жизни, откуда и зачем мы приходим в мир, а также, куда мы уходим из него, меня занимали с юных лет. Перечитал горы литературы на эту тему, понятно, публиковавшейся в те годы. Жизнь в Москве и обучение в «элитном» учебном заведении (Высшей партийной школе при ЦК КПСС, куда я был направлен на журналистское отделение из Новосибирского комитета по радиовещанию и телевидению) открыли доступ к спецхранам Ленинской библиотеки. Познакомился с религиозно-философскими источниками, недоступными для массового читателя – от раннехристианских до Ницше, Сартра, Хайдеггера. Как многие молодые советские люди, полагал, что западный интеллигент лучше информирован во всех проблемах жизни, в том числе в философских. Выучил французский язык. Три месяца на летних каникулах работал переводчиком в Интуристе, обслуживая франкоязычные группы туристов, приезжавших в Советский Союз. Искал ответа на вопросы смысла жизни у французских, бельгийских, швейцарских профессоров, литераторов, людей бизнеса, студентов, врачей... К великому моему удивлению, на меня смотрели либо как на дурачка, либо как на провокатора КГБ. Итог всем этим исканиям подвёл один ироничный парижанин: «Юрий, ты задаешь вопросы, нетипичные для сегодняшнего западного человека. Последний, кто ими интересовался у нас, был Сент-Экзюпери. А сегодня любой француз полагает, что приходит в мир затем, чтобы накопить хороший счёт в банке, купить модную марку автомашины, виллу на Лазурном берегу, яхту, ещё лучше – личный самолёт...

А куда мы уходим? Предпочтительно на кладбище, подобное вашему Новодевичьему. И чтобы памятник был по первому разряду».
Вопрос, зачем живёт человек, я пытался задавать также нашим священникам. Они отвечали мне фразами из Евангелия, А когда мои вопросы становились слишком дотошными, говорили, что чрезмерное «умствование» до добра не доводит, Теперь-то я их понимаю, но тогда...

И вот однажды, пребывая в подавленном настроении, я встречал рождественскую ночь в канун 1965 года. Сидел в общежитии, в полутьме, в одиночестве, глубоко разочарованный бесплодными поисками. И вдруг в мою комнату, словно хлынул какой-то странный свет. Говорю «словно», потому что свет шёл непонятно откуда. За окном горели желтые окна соседней многоэтажки. Однако «мой свет» был голубоватый, он излучался от стен, от стола, от моих рук и ног. Также Он сопровождался блаженным теплом, охватившим всё тело. В комнате запахло цветами. Голова сделалась совершенно ясной. И мне почудились большие голубые глаза. Они смотрели на меня грустно, но с таким огромным, я бы сказал, сверхчеловеческим сочувствием, что я расплакался. А «почудились» глаза потому, что я не понимал, откуда они на меня смотрели, то ли извне, то ли изнутри меня. И в голову пришла мысль: «Ты сам не знаешь, что ты ищешь, но, видишь, это есть». Сколько времени продолжалось моё состояние, не знаю, на часы не смотрел, но не меньше часа. И час этот навсегда вошёл в мою жизнь. Много лет спустя написал стихи о случившемся.

ФАВОРСКИЙ СВЕТ

Рождественская ночь.
Сиреневые тени.
Проваливаюсь в снег,
шепчу себе под нос:
- Куда тебя несёт
в Господень день рожденья?
Смотрел бы телевизор,
не лез бы на мороз?
Заканчивать пора
игру с дорожной страстью.
Куда-то тащишь музу
и заблудился сам.
Был неугоден той,
не принят этой властью
и очень под вопросом,
что нужен небесам.
А начиналось всё
в столичном общежитье
для будущих «богов».
Тебе за тридцать лет.
Ты в одиночку пил
партийный «небожитель»,
и вдруг в ночной тиши
Фаворский вспыхнул Свет.
Нетрезвой голове
был Свет, конечно, странен,
но Он в безбожный мрак
пролил благую весть:
-О, бедный блудный сын!
В своём хмельном тумане
ты что-то ищешь жадно,
и, видишь, это есть.
И замерли часы,
и хмель сняло рукою,
и память о блаженстве
храню я до седин.
Фаворский дальний Свет,
Ты не даёшь покоя…
Рождественская ночь.
Я в ней бреду один.

Первые опыты самостоятельной молитвы

Этот по началу непонятный сполох Света, если так можно выразиться, потянул меня на Восток, к его метафизике. Я увлёкся традиционными школами йоги Индии, затем Агни Йогой, позднее, в 90-е годы, совершив ряд путешествий в Индию и Непал, изучал теорию и практику буддизма, встречался с сикхами, джайнами, знакомился с суфиями ислама. И на протяжении всех исканий не выраженная словами, не ставшая ещё устойчивым фактором второй сигнальной системы, подспудная, меня буквально тащила по жизни мысль, что же произошло в ту рождественскую ночь 1965-го. Я постепенно стал узнавать из книг, из личного общения с монахами разных религий, что Свет, вспыхнувший во мне, пережили многие до меня. По их описаниям, Свет этот вспыхивает в сознании как маяк в штормовом море жизни. Время от времени даёт о себе знать видимо, всегда присутствуя в душе невидимо. В отличие от морских маяков по мере приближения к Нему, отдаляется, иногда совсем гаснет, если тебя хоть чуть повело в сторону. Но вспыхивает вновь, когда душа настраивается на Него Он ведёт тебя по жизни из житейского моря к житейской горе, если движешься на его Свет. Я испытывал радость, когда шёл по жизни правильно, когда же сбивался с курса, маяк напоминает о себе невыразимой тоской. Свет маяка не ослабляет жизненный шторм, может даже усилить его, но плыть в штормовых волнах с Ним легче. Достаточно лишь вспомнить о Нём. Он один для всех в мире людей, но к каждому человеку приходит по-своему, через собственное увеличительное стекло души, а также через традицию той страны, в которой человек живёт. Вот то, что мне удалось узнать о Свете из книг, от людей и на своём личном опыте.
Помню в одной из экспедиций на Алтай (а я их провёл десять, будучи руководителем больших групп паломников из России, ближнего и дальнего Зарубежья к горе Белухе) шли мы в гору и повторяли слова: «Ом-Рам», Это была моя рекомендация паломникам идти в молчании мысленно повторяя слова, которые я прочёл на памятном камне - месте кремации Н.К. Рериха. Приём, опробованный нами в экспедициях много раз. Он помогал без особых проблем и неприятных происшествий осуществить все десять наших путешествий на Алтай к горе Белухе, где в иные годы собиралось больше ста человек.

Иду впереди группы, твержу вышеназванную восточную молитву, держу мысленно перед глазами лик известного восточного Учителя. И вдруг созданная моим воображением картинка исчезает и заменяется изображением Иисуса Христа с Туринской плащаницы, а вместо «Ом-Рам» в голове звучит молитва «Господи, помилуй!» И незабываемые, мной уже виденные синие глаза, полные любви и милосердия. Это было так неожиданно и странно, что я, знавший о необходимости постоянства в духовных упражнениях и верности выбранному Учителю, растерялся, попробовал вернуться к прежнему изображению и прежним словам. Но Христос и его молитва не уходили, они наполняли всё моё существо знакомым блаженным теплом, которое я ощутил той памятной рождественской ночью...
Разговаривая позднее с другими участниками экспедиций, убедился, что некоторые из них тоже переживали нечто похожее – отход сердца от образов, внушаемых умом и волей, и сердечное подчинение внезапно хлынувшей Благодати.

Любовь нечаянно нагрянет,
Когда её совсем не ждёшь.

Именно так! Слова известной песни о земной любви точно соответствуют приходу Любви Небесной. Небесная Любовь, иначе говоря, Благодать, тоже снисходит неожиданно во времени и в неожиданной форме. В этом приходилось убеждаться много раз.

На одном из партийных собраний, где меня прорабатывали за богоискательство и отступление «от принципиальных положений Программы и Устава КПСС» я вновь ощутил, как в сердце вошла благодать.
Это произошло в 1981 году. А тремя годами до этого шесть новосибирцев, в числе которых был и я, написали письмо руководителям Новосибирской области, в котором предложили передать освобождающееся здание обкома КПСС (обком переезжал в новое) под филиал музея Н.К. Рериха. Основной же музей создать в Горах Алтая в селе Верх-Уймон, где в 1926 году останавливалась на месяц трансгималайская экспедция Н.К, Рериха. Как и многие духовные искатели тех лет, я увлёкся философским наследием семьи Рерихов. Мы видели в нашей акции не просто создание обычного мемориального учреждения, но попытку учредить научный центр нового типа, где учёные могли бы заниматься биосферными исследованиями, траволечением , проблемами психологии, парапсихологии, феноменов искусства, в том числе народного, его благотворного воздействия на психосоматическую систему человека и т. д. То есть мы предложили создать в Сибири институт типа Урусвати, который был учреждён Рерихами в 30-х годах в Гималаях, сотрудниками которого были Николай Вавилов, Альберт Эйнштейн, Джагадиш Бозе и другие видные учёные. Мы не ограничились предложением, начали строить здание алтайского музея в горах (и, кстати, довели строительство до конца методом народной всесоюзной стройки), Но результат нашей записки властям был весьма неадекватным. Стройку не запретили, но за нас, строителей, крепко взялись партийные Власти, особенно за членов КПСС. А таких среди подписавших записку было трое. Нас обвинили в идеализме, богоискательстве, отходе «от принципиальных положений марксистской философии. На меня, как закончившего ВПШ наседали особенно, в течение трёх лет протащили через десятки партийных собраний, где требовали марксистско-ленинского «покаяния». Дело дошло до ЦК КПСС. Я же упирался, приходя на проработки с иконой во внутреннем кармане и словами молитвы в душе, которые твердил мысленно. Это помогало. Но и бить своих членов партия тоже умела хорошо. Не одного до инфаркта довела. Помню, как на том собрании почувствовал приступ отчаянья, от которого в глазах потемнело. Тем не менее, в критическую минуту моё отчаянье вдруг сменилось хлынувшим откуда-то потоком радости. В сознании сама по себе возникла молитва «Господи, помилуй!» И я вновь увидел голубые глаза Христа. Обстановка, понятно, была совсем не подходящая для трансперсональных состояний, но я непроизвольно улыбнулся. Конечно, тотчас погасил улыбку. Однако эта смена выражений на моём лице не ускользнула от внимания присутствующих. После собрания поползли слухи: «Да он психически ненормальный! С кем мы возимся, кого пытаемся переубедить?» В те времена таких слухов было достаточно, чтобы запятить непокорного еретика в психушку.

Мне пришлось принять упредительные меры: пройти тесты у психологов новосибирской психиатрической больницы, чтобы их потом показать кому надо, подтвердить соответствие моего интеллекта, по крайней мере, общепринятым стандартам и предупредить, что в случае принудительного лечения тесты попадут тоже, куда надо. Подействовало...
Последний акт этой партийной драмы проходил в феврале 1982 года на бюро Советского райкома КПСС Новосибирска. Секретарь райкома доложил членам бюро суть дела и, глядя мне в глаза, сказал: «Мы возились с Вами почти три года, вы настаивали на том, что остаётесь на партийных позициях и лишь хотите дополнить их философией Рериха, называя её не противоречащей марксизму- ленинизму. Классики марксизма этой философии оценки не дали, а вот Иисусу Христу дали и недвусмысленную. Скажите, Ключников, как вы относитесь к Иисусу Христу». На бюро повисла напряжённая тишина. Я тоже почувствовал момент истины, отступать было некуда. И сказал: «Если бы современные руководители СССР хоть чуточку походили на Иисуса Христа, наша страна не оказалась бы в кризисной ситуации».

Секретарь стукнул ладонью по столу и закончил: «Ключников за три года ничего не понял, Предлагаю исключить из партии. Кто за?» За были все. Не стану называть фамилий, ибо действующие лица этой истории живы-здоровы. Некоторые из них находятся на высоких должностях и даже помогают строить церкви. А сама история в протоколах и других документах изложена в книге «Еретики Новосибирского Академгородка». Для меня важнее другое – я подал апелляцию в Новосибирский горком КПСС, явился на заседание бюро горкома с иконой во внутреннем кармане и Иисусовой молитвой в сердце. Попросил оставить меня в рядах КПСС, не покаявшись ни на йоту в своей приверженности Христу и в других своих убеждениях. Меня оставили в партии, правда, записав «строгач» за богоискательство и идеализм. На любой интеллектуальной работе был поставлен, естественно, крест.

Пробуждение силы

Свою молитву, как сказано, я практиковал в одиночку, пользуясь всевозможными книжными источниками и консультациями представителей разных религий. Я знал из этих источников, что практика «умного делания» небезопасна, что практикующий молитву подвергается бесовским устрашениям, а также различным «прелестям». Что оборониться от тёмных атак бывает трудно, очень трудно. Всё описанное Гоголем в повести «Вий» и случившееся с героем повести Хомой Брутом – не сказочки, но реальность нашей «тонкой» жизни, в чём мне тоже пришлось убедиться не однажды. Крестными знамениями от нежити оборонить не всегда удаётся. Но стойкой верой в Христа и памятованием о Нём оборону держать можно.
Что касается преодоления «прелестей кайфа», то здесь мне тоже помогли книги и советы опытных людей. Блаженство редких экстатических состояний бывает настолько сильным, что никакие наслаждения жизни не могут с ним сравниться. Земная жизнь кажется серой, пресной в сравнении с «небесными» состояниями. Хочется покинуть этот мир, чтобы навсегда остаться в Том. Но из писем Е.И. Рерих, я знал, что Благодать (на языке Агни Йоги она называется приливами психической энергии, а в Ведах и буддизме – теджасом) даётся Высшими Силами планеты вовсе не для наслаждения экстазом, но - как помощь человеку в кризисные периоды жизни.

Помню такой случай. Изгнанный за нежелание покаяться с поста редактора издательства «Наука», я вынужден был устроиться грузчиком на хлебозавод – на работу по специальности меня с моим идеологическим «хвостом» никуда не брали. Там, на хлебозаводе, я сделал быструю карьеру, спустя несколько месяцев, стал бригадиром грузчиков, поскольку аккуратно без прогулов являлся на работу и не пил. Чего нельзя было сказать о постоянно менявшихся членах моей бригады. Однажды, когда нам дали квартальную премию в 8 часов вечера (с этого времени начиналась ночная смена), весь мой славный коллектив лёг «в отруб».
И я начал работу один с молитвой «Господи, помилуй!». Я твердил её беспрерывно, молча, не отвлекаясь ни на какие разговоры, ни на какие мысли. Господи – вдох, помилуй – выдох, погружая ум в сердце и провожая туда каждый глоток воздуха. Внимание было полностью поглощено дыханием, а внутренний взгляд ликом Христа. Всё – по инструкции старцев «Добротолюбия». И всё равно к концу смены я готов был упасть на погрузочную эстакаду от усталости.

Но в пять утра взошло солнце и вместе с ним в меня вошло прекрасное Нечто. Это было не второе дыхание, с которым я был знаком, занимаясь в молодости спортом, это было что-то неизмеримо большее – знакомая мне по видению в ВПШ песня радости. Усталость совершенно исчезла. На полном подъёме я закончил двенадцатичасовую смену, выполнив один задание четырёх человек. А было мне в ту пору пятьдесят три года. Домой летел, словно на крыльях. И написал о своих переживаниях стихи.

ПРЕМИАЛЬНAЯ НОЧЬ

Нагрузившись вином,
разбрелась по задворкам и щелям
моя славная смена.
До солнца не растормошить.
Я остался один на один
со своим возмущеньем,
не считая, конечно,
полдюжины автомашин.
Семь потов в эту ночь
я пролил на сучки эстакады,
триста сорок процентов
в рекорды завода вписал
без цветов и оркестров.
Ну, ладно, оркестров не надо.
Но зачем свою спину
нагрузкой такой наказал?!
И когда я с молитвой
07-46 догружал, еле-еле можаху,
из-за тарного склада
июньское солнце взошло,
обсушило лицо
и белёную солью рубаху,
и второе дыханье
под этой рубахой зажгло.
И восторг распрямил
приунывшую душу и тело,
и вся горечь моя
сразу стала смешной и чужой,
и незримая птица
в ликующем сердце запела
песню чистой победы
над тонувшей в обидах душой.
Я полсуток проспал,
но зато во вторые полсуток
написал эти строчки
о пользе тяжёлых работ.
Так что низкий поклон
вам, принцесса судьба, кроме шуток,
за умение выжать
последние силы и пот.

КАК МОЛИТВА ПОМОГЛА МНЕ В БОЛЕЗНИ

В 1993 году в поездке за город меня укусил клещ, Обнаружил его я не сразу, дня через два после укуса, когда он, насосавшись крови, уже выбрался из-под кожи и висел в своём мешочке. Страна переживала смутное время, всё разваливалось, в том числе и медицинское обслуживание, соответствующей вакцины в поликлинике не оказалось. Да и что толку, если бы она была, время для прививки я упустил.
Решил – будь что будет. Ровно через двенадцать дней, в полном соответствии с клинической картиной заболевания энцефалитом у меня резко поднялась температура - З9, 40, 41 градус. Никогда не знавший температуру выше 38 с половиной я почувствовал себя крайне скверно. Жена вызвала скорую. Врачи подтвердили: скорее всего, начальная стадия той самой болезни, но для окончательной постановки диагноза нужны больничные анализы. В общем, собирайся в больницу, дружище. Я категорически отказался. И начал свой курс лечения Иисусовой молитвой. Молился сутки непрерывно, ни на секунду не покидая мысленный лик Христа . Сон не шёл, да и какой сон при температуре 41. Состояние было ужасное. Я физически чувствовал, как полчища энцефалитных микробов или вирусов, не знаю, как они называются медициной, рвутся в мой мозг. Что им обязательно нужно захватить голову. Молитва удерживала их на уровне горла, а они вместе с ударами сердца пытались пробить оборону. Я её держал 24 часа подряд. Никакого состояния блаженства на этот раз, конечно, не испытывал, состояние, повторяю, было отвратительное, но благодать шла, и тяжёлый бой с болезнью удалось выиграть. Внезапно я почувствовал, как яростная тьма отступила. Отступила быстро так, будто бы кто-то дал ей приказ прекратить атаку. Температура упала ниже тридцати шести. Я глубоко уснул.
Примерно, через неделю температурная атака повторилась, но градусник показывал только 39. Я продолжал молиться, правда, уже не так напряжённо. После этого началось быстрое выздоровление. Но ещё довольно долго оставалась острая боль в лопатке и плохо работала левая рука. Я её потом разрабатывал гантелями. Никаких последствий болезнь не оставила.

Смирение

Во время экспедиций на Алтай нас неоднократно застигал в пути ливень. Были случаи, когда наш палаточный городок у подножья Белухи накрывал снег. Это в конце-то июля, Погода в районе Белухи неустойчивая: может сиять солнце, а через несколько минут хлынуть ливень или ударить град. И мы неоднократно коллективно молились о даровании хорошей погоды. Часто наши молитвы были успешными. Например, во время движения группы вдруг начинает идти дождь, мы едва успеваем достать плащи из рюкзаков, как дождь прекращается. И каким образом! Слева, справа, позади стена дождя, а мы идём в сухом коридоре. Такое случалось много раз, чему свидетели сотни людей, побывавших в наших экспедициях, Но эти же люди могут подтвердить, что коллективная молитва действовала не всегда. Иногда дождь или град даже усиливались при молитве?

Почему?

Сейчас некоторые учёные (к счастью, уже появилось немало таких), изучая феномены коллективной молитвы и подтверждая факты её действия, объясняют это созданием тонкого силового поля из сверхслабых энергий, которое может притянуть, например, облака. Почему же такое силовое поле в одном случае оказывает своё действие, в другом - нет? Наука пока не спешит ответить на этот вопрос, но религия давно ответила на него. Молитва лишь притягивает к себе внимание Высших Сил, управляющих природными процессами, но послать дождь или прекратить его, решают не люди. Люди тянут одеяло погоды на себя и тем могут нарушить необходимый природный баланс, лишить влаги другие местности и других людей, где она нужнее. Поэтому последнее слово за Высшими Силами, которые управляют глобальными погодными процессами в целом.
Вот почему так важно осознавать известную религиозную формулу «Да будет воля Твоя!» Даже Христос в известном молении о чаше страданий сказал вначале: «Да минует меня чаша сия», потом добавил: «Но пусть будет не так, как хочу я, но как Ты хочешь».

Предоставление себя Воле Высшей – центральный аспект проблемы смирения и молитвы. Само слово с-мирение этимологически обозначает соединение своей воли с волей мира. Это совсем не упраздняет фактор личной воли. Наоборот, Высшая Воля помогает лишь в случае крайнего напряжения воли личной, то есть собственных усилий человека в достижении благой цели. Если бы я, например, полностью предался Воле Высшей в описанном выше случае укуса клещом и не молился сам в предельном личном напряжении, думаю, всё кончилось бы плачевно.
В Евангелие сказано: «Царство Божие берётся силою, и всякий делающий усилие восхищает Бога». «Вера без дел мертва есть». «Стучитесь, и вам откроется».

Как откроется, судить не людям. Известно, что во время русско-японской войны 1904 г. по распоряжению богобоязненного Николая II во всех церквах шли молебны за победу русского оружия. Тем не менее, Россия эту войну проиграла. Как проиграла первую мировую. А вторую - выиграла, хотя у власти в стране находились безбожники. Но безбожное русское воинство проявило такую величайшую решимость защитить страну, а главное цели его были настолько чисты, что полностью соответствовали Божественным предначертаниям. Что и было, согласно церковным источникам, подтверждено видением Божьей Матери ливанскому митрополиту Илии. Богородица, согласно преданию, определила митрополиту условия победы СССР во второй мировой войне, он по посольским каналам переслал Божественные Предначертания Сталину.,
Проблема личного духовного совершенствования также теснейшим образом связана с проблемой смирения. Совершенствует себя не сам человек, а та Сила, которую он привлекает к себе с помощью молитвы. Я давно убедился, что бороться с недостатками бесполезно, чем напряжённее ты с ними сражаешься, опираясь только на собственную волю, тем ловчей они прячутся. А когда о них не думаешь и переключаешь внимание на высокие цели, напрягая себя в молитве, они (недостатки, грехи, тёмные привычки), лишённые внимания, а значит, энергетической подпитки, начинают усыхать. Молитва же усиливает процесс. Под воздействием Благодати, привлечённой молитвой, тёмное в человеке выгорает как бы само собой. Не зря же сказано в Библии: «Бог есть огнь поядающий».

* * *
Не горюй, что лужи мелкобесия
заслонили русские моря.
Есть Россия, есть её поэзия,
есть душа народа и твоя.

Только так! Неразделимы души,
за чужой не даст укрыться Бог.
Лужи Он, настанет срок, осушит,
ты бы вместе с ними не засох.

Смирение - одна из важнейших ипостасей любой духовной работы, и сегодня оно актуально, как никогда. В мир хлынуло множество «восточных» психотехник. Беру эти слова в кавычки, потому что такие психотехники, большей частью, сфабрикованы на Западе и представляют собой не что иное, как то, что в православном «Умном делании» называют опасной «самодельщиной». Особую опасность представляют эксперименты с изменёнными способами дыхания. В Индии они практикуются широко, называются пранаямой. Но там такие упражнения совершаются под руководством опытных мастеров и при предварительном прохождении практики «ямы -ниямы», т.е. телесного и нравственного очищения.

Православная «умная молитва» тоже предполагает работу с дыханием. Телесное очищение через посты и нравственное - через покаяние есть предварительные условия православной дыхательной практики. Кроме того, в Иисусовой молитве важно не дыхание само по себе, но воспитание в себе привычки дышать эмоциональным центром, т.е. сердцем. Это значит, каждый вдох провожать мысленно до глубин сердца, представляя, что вдыхаешь любовь Господа, и в каждом выдохе посылать свою любовь к Нему. Всё это выражено известной православной формулой: «Каждый вдох да хвалит Господа».
Возвращаясь к собственной практике молитвы «Господи, помилуй», замечу, что никогда не форсирую дыхание. На «Господи» – вдох, на «помилуй» - выдох. Дыхание при этом изменяется само собой, не принудительно. Оно становится лёгким, еле слышным. Но, как правило, изредка перемежается глубокими вдохами. Без всякого принуждения. Ещё раз хочу подчеркнуть эту важную мысль: дыхание в «Умном делании» протекает естественно, смена ритмов если и происходит, то в результате самой молитвы, спонтанно, но никак по волевому приказу. Также постоянно в сердце и в уме необходимо держать лик Иисуса Христа.
Конечно, умная молитва» утончает сознание и делает его боле чувствительным к феноменам Тонкого мира, как благим, так и тёмным. Человек острее ощущает не только волны Благодати, но и «прелести» и наваждения тьмы. Имя Иисуса в этом случае является щитом, обороной.

Широко распространившаяся в мире практика ребёфинга - форсированного дыхания, введённая в обиход американским психологом Станиславом Грофом и основанная на шаманской практике, ставит целью просветление человека в скоростном темпе с помощью личной воли человека. Фактор духовной обороны в ней совсем не учтён или учтён недостаточно. Без вреда для себя этой практикой могут заниматься только хорошо подготовленные духовно и психологически люди, да и то при условии, если ее проводит с ними опытный профессионал. А при слабой психике и неумелом использовании «ребёфинга» это приводит к срывам психики. Неподготовленное человеческое сознание, лишённое Иисусова щита может не выдерживать атак нежити и сдвигается, в чём имел случаи убедиться неоднократно.

Традиция и желание обновления

Наше сознание так устроено, что непрерывно жаждет новых впечатлений, перемен мыслей, ощущений, жизненной обстановки. Между тем практика Иисусовой молитвы требует длительного её повторения, и перемены в ощущениях могут быть недостижимы годами, как это было со мной. Ищущий часто спотыкается о такой порог и подпадает под влияние различных внушений, земных и тонких. Дескать, Иисусова молитва для нашего времени устарела, есть более «продвинутые» практики, приводящие к скорым результатам. Иные «восточные» методики помогают открыть «третий» глаз – и, глядишь, попал человек под одержание. Дело в том, что большинство подобных «восточных» методик, как уже говорилось, разработаны на Западе. И даже если они относительно успешны в западных странах, не факт, что таковыми окажутся в России.
Рациональный тип западного сознания менее чувствителен к впечатлениям из Тонкого мира. Европеец впитывает из «восточных» практик чаще всего то, что способствует жизненному успеху, созданию материального комфорта, продления сексуальных удовольствий и т.д. Конечно, он тоже увязает в болоте искусственных «практик», но этот процесс обычно происходит медленно, без видимых срывов сознания. А русский тип сознания с повышенной эмоциональностью и более открытым сердцем скорее реагирует на духовную фальшь. И крах может наступить значительно быстрее!
Вместе с тем любая духовная работа, а Иисусова молитва, в особенности, не терпит рутины и остановки. На известных ступенях духовного продвижения старцы рекомендуют творить собственную молитву и сами придумали их множество. Сама Иисусова молитва создана монахами, Иисус Христос заповедал, как известно, лишь «Отче наш».
Как соединить традицию и новизну?

Опять же у каждого свой опыт, могу говорить лишь о собственном. Усвоение того, что сделали до тебя, выполнение рекомендаций опытных старцев абсолютно необходимы, когда становишься на путь молитвы, «самодельщина» на первых порах недопустима. Это как в науке, искусстве, в любом деле. Только тщательно изучив опыт мастеров, можешь сделать новый шаг, открыть, создать нечто новое.
В то же время, если ты мирской человек, твой опыт будет неизбежно отличаться от монашеского. Ибо тебе придётся практиковать молитву не в затворе, а в электричке, трамвае, метро, искать «окна» на работе, в любой обстановке. Кроме того, рекомендации книг и старцев доводят искателя до известного порога, до безмолвия, а там начинается самостоятельное плавание... И здесь единственный поручень, единственный маяк – имя Иисуса. Имя Того, кто бесконечно превосходит по уровню духовности среднестатистическую массу человечества, также имя Того, кто сумел вместить Бога и Истину в земном теле. При таком ощущении Христа практика Иисусовой молитвы всегда успешна, какой бы деятельностью человек ни занимался. Молитва пробуждает в нас начало Отца Небесного, иными словами, Творца, которое с максимальной полнотой нёс в себе Иисус Христос.

Внимание

Обычное человеческое сознание представляет собой круглосуточный, неуправляемый поток мыслей, желаний, эмоций. Достаточно проследить, а лучше записать то, что происходит в твоей голове в дневное время и ночью во время сна, чтобы убедиться – большинство из нас во власти мысленно-эмоционального хаоса. Ты идешь по улице, видишь человека, дерево, машину, они вызывают какие-то воспоминания, ассоциации, мысленные всплески. Или ты не обращаешь внимания на всё встречное, занят предстоящими заботами, которые могут возникнуть на службе, опасениями потерять работу, получить выговор, мало заработать и т.д. Тебе и не приходит в голову, что, идя по улице, можно любоваться деревьями, цветами, лицами, солнцем, снегом – всей многообразной жизнью, которая течёт мимо тебя и через тебя. Ты заслонился от жизни мысленным экраном. Придя на работу и выполняя какое – либо дело, ты опять-таки часто отдаёшь голову во власть случайных мыслей, не имеющих никакого отношения к тому, что делаешь, и тем самым ослабляешь качество своей работы.

Отличие большого мастера от заурядного ремесленника в том, что его внимание целиком сосредоточено на избранном деле, только таким образом можно достичь мастерства. Гений круглосуточно сосредоточивает внимание на любимом предмете – известно, что Пушкин писал стихи даже во сне. Такой неоднозначно воспринимаемый человек, как Ленин, поражал умением концентрировать внимание. Интересно в этом смысле замечание Мартова о Ленине: «Спорить и бороться с ним было бесполезно, ибо мы в эмиграции порой думали не о революции, а о кружке пива, о театре, об ухаживаниях за женщинами, он же сутки напролёт думал о только ней». Есенин своё восхищение такой сосредоточенностью выразил в стихах:

Неведомый, простой и милый,
Он вроде сфинкса предо мной.
И не пойму, какою силой
Сумел потрясть он шар земной

Пастернак писал о Ленине: «Он управлял теченьем мыслей и лишь поэтому – страной». И Есенин, и Пастернак сами были мастерами сосредоточенного мышления и чувствования. Но сосредоточенность гениального поэта иная, он чутко прикасается ко всему, в том числе и очень часто, к теневым сторонам действительности, преображая их в красоту. Искусство, наука в их высших ипостасях тоже являются формами сосредоточенной молитвы. А. Л. Чижевский ярко описал состояние озарения во время научных открытий.
Таким образом, сосредоточенное внимание - неотъемлемое качество любого серьёзного дела, молитвы тем более. Можно сказать, что человек и его энергия находятся там, где внимание. Если внимание сосредоточено на проблемах тела – значит, человек еще не дорос до образа и подобия Божия, он лишь футляр этого подобия. Сосредоточиваясь на душе, человек делает существенный шаг на пути реализации в себе Божественного начала. Внимание же, направленное на развитие духа в монашеской среде даёт подвижника типа Франциска Ассизского или Серафима Саровского, а в атмосфере обычной жизни и культурной среды являет тип гармонического человека: Пушкина, Гёте, Леонардо да Винчи, Рериха.

Все перечисленные индивидуальности были людьми в высшей степени религиозными. Факт этот в доказательствах не нуждается. Пушкин писал: «Мы созданы для вдохновенья, для звуков сладких и молитв». Каких молитв? Начав со стихотворных славословий богам языческого пантеона, Пушкин пришёл к православию, переложив на стихотворный язык «Отче наш» и великопостную молитву Ефрема Сирина. Николай Рерих наряду с восточными духовными методами практиковал Иисусову молитву, о чем свидетельствует его книга «Держава Света».
Иисусова молитва может стать великолепной лабораторией учёного, поэта, музыканта, живописца. Своей судьбой поэта я обязан именно этой молитве.